The impact of NSAs such as organized armed groups, organized crime groups and terrorist groups on MENA (Middle East & North Africa) region is twofold. They fuel instability, crime, violence, and armed conflicts in the region and turn into push factors, if not means or vehicle, for illegal migration towards Europe where it is often perceived, right or wrong, as a serious threat to security. The EU response to migration is therefore evolving as well as the related security policies. Following decades of strong and wide protection of human rights in any situation, European States are seeking for a new and different balance between human rights and security. It seems as if States are nowadays ready to trade some political idealism and legal functionalism in the field of migration and human rights for more political pragmatism and legal formalism in the field of security. Some clues are emblematic of this new approach of security marked by some US‑style features such as a more limited judicial review and a formalistic interpretation and application of the law. Even if, for the time being, Europe has substantially stayed true to a high standard of human rights protection, the quest for more security by Governments might set them on a collision course with supranational Courts and their functionalist approach to human rights protection.

Влияние негосударственных акторов, таких как организованные вооружённые группы (ОВГ), организованные криминальные группы (ОКГ) и террористические группы на регион Европейского Средиземноморья является двояким. Они разжигают нестабильность, преступность, насилие и вооружённые конфликты в этом регионе и становятся провоцирующим фактором, и даже средством, нелегальной миграции в Европу, где этот феномен зачастую воспринимают как серьёзную угрозу безопасности. Это обуславливает реакцию ЕС на миграцию и соответствующую политику безопасности. После многих лет всесторонней борьбы за права человека, европейские страны стремятся найти новое, отличное от прежнего, равновесие между правами человека и безопасностью. Создаётся впечатление, что сегодня страны Евросоюза готовы сменить политический идеализм и правовой функционализм в сфере миграции и прав человека на прагматизм с большим политическим уклоном и на правовой формализм в области безопасности. Символично, что в этом новом подходе к политике безопасности просматриваются некоторые черты американского правосудия (более ограниченный судебный надзор, а также более формальная интерпретация закона и его применение. Даже несмотря на то, что в настоящее время Европа в значительной мере остаётся приверженной высоким стандартам защиты прав человека, стремление правительств европейских стран к более высокому уровню безопасности может привести их к столкновению с наднациональными судами и с функционалистским подходом последних к защите прав человека.