Baltic Federal University named after E. Kant, 56, Chernyshevskii Str., Kaliningrad 236022, Russia
Балтийский федеральный университет им. Иммануила Канта, ул. Чернышевского, 56, Калининград, 236022, Россия
Ethnic policy in Latvia has a complicated history. It was shaping itself during the restoration period of Latvia’s independence and through fierce struggle of political forces that understood the country’s future in radically different ways. The victory of the center-right politicians in the middle of the 1990s secured the ethnocratic nature of Latvian policy that was based on de-sovietization of the Baltics. The leftists were busy accumulating social and economic interests of the Russian-speaking population that was excluded from political life. It became clear that by the end of the XX century the policy of segregation had failed ipso facto securing the bi-community of Latvian society. The attempt to move on to the policy of integration met with the opposition of the ultra-rights, thus causing the polarization of the society. Attempt at naturalization has brought down the acuity of the problem of non-citizenship to some extent; at the same time, EU accession resulted in the fall of the Russian-speaking population interest in their fight for Latvian citizenship. Immigrants from Latvia, irrespective of the color of their passport, found themselves in the comparable living and working conditions inside the EU. It is important to emphasize that while in its legal part the ethnic policy of Latvia moved away from segregation tactics in favor of integration, there occurred the substitution of integration for experiments in assimilation in language and educational policy. The ethnic policy of Latvia reached a deadlock, now that the politicians are not able to carry out reforms, even though they are aware of negative demographic and migration trends, while ethno-linguistic communities can hardly formulate the requirements to avoid threatening the statehood of Latvia.
Этническая политика в Латвии имеет сложную историю. Её формирование происходило в период восстановления независимости страны и жёсткой борьбы политических сил, которые по-разному видели будущее Латвии. Победа право-центристов в середине 1990-х гг. обеспечила этнократический характер латвийской политии, основанной на идее десоветизации Балтии. Левый фланг был занят аккумулированием социально-экономических интересов русскоязычного населения, оказавшегося вытесненным из политической жизни страны. К концу XX в. политика сегрегации исчерпала себя, её банкротство закрепило двухобщинность латвийского социума. Попытка перехода к политике интеграции натолкнулась на сопротивление крайне правых, что привело к поляризации общества. Опыт натурализации в определённой мере снизил остроту проблемы не-гражданства, а вступление в ЕС привело к падению интереса русскоязычных жителей к борьбе за латвийское гражданство. Эмигранты из Латвии, вне зависимости от цвета национального документа, внутри ЕС оказались в сопоставимых условиях жизни, труда и быта. Если в юридической части этническая политика Латвии отошла от тактики сегрегации в пользу интеграции, то в сфере языковой и образовательной политики произошла подмена интеграции ассимиляционными экспериментами. Ныне этническая политика в Латвии находится в тупике, когда политический класс не способен на реформы, хотя и осознает негативные демографические и миграционные тренды, а этнолингвистические общности с трудом формулируют требования, которые бы не угрожали самой латвийской государственности. Ограниченные по своему набору инструменты этнической политики не позволяют рассчитывать на формирование целостной политической нации в Латвии в обозримой перспективе.